Домой Новости Россия Хованская: В ЖКХ нужно массу вещей менять

Хованская: В ЖКХ нужно массу вещей менять

833
0

Галине Хованской в очередной раз удалось покорить избирателей и стать депутатом Государственной Думы. На этот раз председатель жилищного комитета прошла в Нижнюю палату парламента как одномандатник и готова представить россиянам свои новые законопроекты.

Хованская поделилась с Федеральным агентством политических новостей своими планами по работе в Госдуме VII созыва, а также рассказала о будущем россиян, устройстве парламентских партий и своей любви к оппонентам.

ФАПН начинает серию публикаций «Женщины в российской политике».

ЖКХ как законотворчество

– Перед прошедшими выборами вы выразили надежду на то, что они будут честнее, чем предыдущие. Оправдались ли ваши надежды?

– Эти выборы оказались действительно более честными, чем предыдущие. Таких массовых нарушений, как раньше, не было. Но все равно рефлексы живучи. Муниципальные чиновники продолжают действовать по указке, а надо, чтобы закон был выше, чем указание сверху и угроза лишиться работы. И все-таки я отмечу, что положительная динамика есть.

Что изменилось после выборов для вас лично?

– Ну, во-первых, я прошла как одномандатник и сохранила свой комитет. Уже есть информация, что я продолжу его возглавлять.

А что сегодня в приоритете для комитета по жилищной политике и ЖКХ?

– Первоочередно для нас решение вопросов по приватизации, очередники, переселение из аварийного жилья. Проблем достаточно. И в самом ЖКХ нужно массу вещей менять. Тот же законопроект по капитальному ремонту. Было соответствующее решение конституционного суда (депутаты СР и КПРФ подали иск в Конституционный суд с требованием отменить обязательные взносы граждан на капремонт. Суд постановил, что государство должно софинансировать капитальный ремонт жилых зданий – прим. ФАПН).

С моей точки зрения, это решение положительное. И надо все предписания, которые дал КС, отразить в законодательстве. Но это не всем нравится. Однако Конституционный суд – это Конституционный суд. Оспорить это невозможно.

– То есть в этом году комитет будет решать задачи, которые не выполнил в прошлом?

– Мы многое не успели. Не успели решить проблему с ресурсниками. Нужно, чтобы у людей было право заключать прямой договор с поставщиками тепла и газа. Сейчас такое возможно только с электроэнергией. Будем работать над тем, чтобы люди уходили от ситуации, когда они платят за услуги через посредника, да еще и за неплательщиков.

Долги ведь на весь дом расписываются. Ресурсники, знаю, сопротивляются новым поправкам. Очевидно, будет скандал. Мне обещали, что в январе прошлого года все-таки продвинут поправки, но на последнем заседании Думы были два губернатора, которые выступили против них, поэтому они пока не вступили в силу.

– А почему вы в принципе выбрали для своей работы именно жилищную политику?

– А вы знаете, я сегодня как раз заполняла анкету (всех депутатов обязывают ее заполнять) и вижу: я впервые была избрана депутатом райсовета в 1991 году и после того, как начала вести прием населения, поняла, что главные проблемы – жилищные. В итоге я изучила жилищное законодательство и вошла в жилищную комиссию. После изучила всю судебную практику по жилищным вопросам.

Потом была у меня работа в Московской Думе, где я поняла, что надо все-таки получать юридическое образование. Что я и сделала. В 1995 году я окончила институт исключительно для себя. И это здорово помогало, потому что я по-другому начала смотреть на законодательство, понимать системность. В общем, сейчас я уже знаю все, что было, что есть и что надо делать. Несмотря на то, что я в оппозиции, причем, в самой маленькой фракции, я все-таки доросла до главы комитета.

– В чем сложность находиться в оппозиции при действующем правительстве?

– Ну, были всякие возражения насчет моей кандидатуры в качестве главы комитета. Мне доносили, что в правительстве многие недовольны. Ну и чего? Если у меня не совпадает точка зрения с курирующим замом премьера или министра – я считаю, это нормально. Хотя, если говорить о самом правительстве, то, как раз к премьеру у меня претензий нет. Он меня поддерживает.

Возьмем, например, вопрос про общий котел – систему оплаты. Все бы мы попали в общий котел, если бы тогда Медведев меня не поддержал, вопреки позиции курирующего зама. Мне повезло, что меня поддерживают правовые ведомства. По многим вопросам я нахожу поддержку именно в них, а не в исполнительной власти. Также нахожу подходы для своих законопроектов в правовом управлении администрации и в Верховном суде.

– А как оцениваете свой выход на Конституционный суд?

– Я считаю, что для меня он был со знаком плюс, хотя то, что мы попросили они не признали, зато много более радикальных моментов отметили и дали предписание. У меня есть три союзника, поэтому я не чувствую себя одинокой в этой борьбе. А иначе, что бы я сказала избирателям по итогам своего председательства? Ведь работа в комитете сложна.

– Чем именно?

– Комитет по обращениям граждан конкурирует с обращениями к председателю Думы, к руководителю фракции. Естественно, многие моменты они мне переадресовывают. К сожалению, люди часто пишут, когда уже прошли все стадии обжалования и судебные инстанции. А после решения Верховного суда я уже ничем не могу помочь.

Поэтому призываю граждан России обращаться до того, как они получили судебные предписания, иначе ничем уже не поможешь и не подскажешь. А ведь в Верховном суде можно добиться гуманного решения. Там есть судьи, принимающие сторону человека. В моей работе для меня очень важно, когда удается людям помочь, а не для себя любимой что-то сделать. Плюс у меня очень большой объем работы, если бы это на чью-то другую голову упало, то я даже не знаю.

– То есть, пока в Думе нет человека, который мог бы вас заменить?

– Незаменимых у нас нет. Но в моем комитете все помощники – трудоголики. Только такие держатся. Каков поп, таков приход, как говорится. Те люди, которые по одному проекту готовят за один день – не наши люди, такие должны уйти. А плюс к текущим проектам добавляются законодательные проекты и инициативы, которые надо защищать, а это совсем непросто.

Новый законопроект – лекарство от старения

– В чем состоит основная сложность защиты законодательного проекта?

– Сложность, когда в комитете говорят: «Да, Галина Петровна, хорошая инициатива, но у нас нет домоуправительства, поэтому, мы не можем согласиться, чтобы вынесли это на заседание Госдумы». То есть я зачастую лишаюсь возможности публичного выступления и доказательства того, что законодательная инициатива нужна и полезна.

– В таком случае, законодательная инициатива отправляется в стол?

– Она ложится под сукно. У меня есть несколько инициатив и они лежат. Их надо пробивать снова. Буду вновь стараться, так как уверена, что права. Но вообще, я не самоуверенный человек, стараюсь слушать аргументы, особенно конструктивных оппонентов. Их я обожаю.

Не этих, которые кричат: «А, это Хованская, это ЖКХ, она сейчас начнет развозить». Или как Митволь (Олег Митволь, член партии «Зеленые», баллотировался по тому же округу, что и Хованская – прим. ФАПН) начал кричать: «Вот, Хованская обещала навести порядок в ЖКХ».

Но наводить порядок в ЖКХ — это не моя функция. У нас есть целое министерство, а моя задача законодательная. Этим я и занимаюсь – выковыриваю подножки на пути к светлому будущему.

– Это какие, например?

– Некоммерческий найм жилья удалось сделать в прошлом созыве. А мы эту инициативу восемь лет пробивали. Вот пока не было указа президента, никто не пошевелился. А после нас, наоборот, начали ускорять. А ведь это большой раздел, фактически новация в жилищном кодексе.

Но сейчас кризис сильно мешает всему. Программа стартовала хорошо, но затихла. Однако это надо просто пережить. (Закон о некоммерческом найме жилья принят в 2014 году. Он направлен на развитие строительства доходных домов, арендная плата в которых ниже рыночной – прим. ФАПН).

– В этом году будет 25 лет как вы в большой политике. Возникали ли у вас мысли ее покинуть?

– Честно говоря, мне было страшновато оставлять эту позицию (главы комитета), потому что оглядываешься и понимаешь, что нас, тех людей, которые действительно пришли не ради денег, а чтобы сделать что-то для людей, очень мало. Для меня важна сильная и честная команда. Я не девочка молоденькая, в политике много лет и мне вся эта мишура не нужна.

– А думали, что можете не пройти в Думу VII созыва?

– Да. Если бы не прошла, то вернулась бы к преподаванию. Я почетный доктор МГСУ, время от времени читаю там лекции обзорно. Или в НКО бы пошла и развивала жилищный фонд некоммерческого использования.

– То есть на пенсию бы не ушли?

– Что вы – что вы? Я чувствую себя некомфортно, когда больше двух дней отдыхаю. Мне на второй день уже хочется проектик какой-нибудь посмотреть, придумать что-то.

О выборе партии и женщинах в политике

В 1997 году вы вступили в партию «Яблоко», где пробыли много лет. Вступили бы в нее сегодня?

– Нет, не вступила бы. Хотя, в партии осталось много людей, с которыми я поддерживаю дружеские отношения. Есть и некоторые товарищи, сыгравшие нехорошую роль в моей жизни, но я не хочу о них говорить.

– Значит, в «Справедливой России» вы находите больше своих единомышленников?

– Да. Во-первых, меня поддерживает Миронов. К нему претензий никаких нет. Вы же знаете, что изначально я пошла как беспартийный депутат и перед вступлением в «Справедливую Россию» произошла эта некрасивая история (Хованская написала заявление в партию после отзыва из Совета Федерации Сергея Миронова – прим. ФАПН). Я в знак протеста в эту партию пошла.

Я посчитала, что она не «тонущий корабль». Наша фракция знаете, чем отличается? У нас можно иметь свое мнение. Дисциплина дисциплиной, но одинаковое голосование только по внешнеполитическим проблемам и бюджету. В остальных случаях я могу сказать, что не согласна и не буду голосовать, и мне такое право предоставляется.

– Только вам?

– Нет, всем членам партии. В других партиях такой вольницы нет. Там заставляют объяснительные писать в случае чего. С этим я тоже сталкивалась.

– Вы писали подобную объяснительную?

– У меня был такой случай, когда я впервые была избрана в 2003 году как независимый депутат. Тогда за меня одна депутат проголосовала, а потом плакала и говорила: «Я тебя поддержала, а меня заставляют писать объяснительную».

В следующий раз ее как депутата уже не выбрали. Даже люди сидят, понимают, кивают, когда я выступаю, а потом на кнопки нажимают по инструкции, как у них написано. Матрица – так мы ее называем. И все, твой проект не прошел.

– А как в целом, воспринимают женщину политика коллеги мужчины? Возникают ли сложности?

– Нет-нет. У нас даже в прошлом году была партия с самым высоким соотношением женщин. Сейчас нас только три, но есть еще в Совете Федерации Москалькова, прошла тоже.

– А вне партийной деятельности такие ситуации бывали?

– Эта стадия прошла, когда я была в первом созыве Мосгордумы. Все же как сначала отреагировали: «Пришла тут дамочка с бантиком, будет тут нас учить». Но это быстро закончилось. Если ты аргументируешь, осознаешь правильность своей позиции, то ее можно доказать. Тем более, когда есть репутация, она помогает. Безразличен пол.

Между жизнью и политикой

– Где ваш предел в политике? Чем бы вы не смогли заниматься?

– Мне не нравится должность заместителя председателя Госдумы. Нужно заниматься тем, где ты силен, а заниматься всем – только вершки хватать. И председателем Думы, не дай Бог, нагрузка безумная, это тяжело.

– А что самое сложное в политике лично для вас?

– У меня же своеобразная политика, конкретизированная деятельность. Занимаюсь людьми, приемы веду. Меня упрекали мои оппоненты по одномандатному округу: «О, Хованская, мы ее задвинем, она кампанию не ведет». Были такие высказывания и в Facebook, и в прессе.

А я самым активным образом занималась избирательной кампанией, потому что каждую неделю вела прием. А на прием ко мне много людей приходит. Я беседую с каждым лично. Не решаю проблему лично на приеме, но могу подсказать, в какую сторону двигаться, какие нормы закона могут помочь человеку.

– Где вы черпаете силы для продолжения политической деятельности?

– У меня бывают ситуации, когда хочется бросить все – устала, не могу, сил нет. Есть одна вакцина. Прием граждан. Я из категории людей, отдающих энергию и иногда чувствую себя просто выпотрошенной. Но тем не менее это и пища для законотворчества. И вечером устаю, а утром вижу солнышко, кто-то позвонил, поблагодарил, в магазине поздоровался. Поддержка от населения очень важна.

– Значит, вы рады, что вернулись в одномандатные округа?

– Безусловно. Очень рада. Это, по моему мнению, усиливает оппозицию. Я представляю в конкретном округе интересы конкретных людей. Хотя, некоторые наши люди в партии считают, что одномандатники – это безобразие, мол, должны быть только партии и списки.

– Опять вы, получается, с партией расходитесь…

– Да, но это нормальная практика. Но у меня сейчас помимо одномандатников и этих споров есть и другие заботы. Скоро состоится первое заседание Госдумы VII созыва (заседание пройдет в среду, 5 октября – прим. ФАПН). Будут распределения, а я ведь еще даже не знаю, кто будет у меня в комитете. Для меня это тайна.

Все решит партия большинства. Кого они поставят мне первым замом, я не знаю. Кого заместителем – тоже. Буду сейчас заниматься формированием комитета, его состава, и в целом у меня проекты уже лежат. Их нужно проводить. К этому хочу добавить, что я очень благодарна нашему президенту. Он быстро схватывает мои проекты и реагирует правильно. Если бы не это, то у меня по тем же хостелам не прошел бы проект в первом чтении. Борьба знаете какая была – все помои на меня вылили.

– А вы как к критике относитесь?

– К конструктивной – очень положительно. Я всем предлагаю холить и лелеять своих конструктивных оппонентов.

– А вы читаете, что о вас пишут? В том числе и оппоненты?

– Не очень обращаю внимание, но мне рассказывают. Если это важно, то я читаю, а если ерунда, то пусть говорят, как сказал бы Андрей Малахов.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here